- Н-насколько мне известно, - сказал, наконец, Регг, нервно покусывая губы. - Крабиллусы уже давно находятся под охраной. Т-ты должен был знать это. М-может, ты пошутил?

- Может, и пошутил, - Тугрин криво усмехнулся.

- Ну конечно пошутил, - Регг облегченно вздохнул. - Откуда взяться крабиллусу возле базы?

- А откуда они взялись на каждой мало-мальски пригодной для обитания планете Галактики?

Говорят, так оно в свое время и было. Куда бы ни прилетали люди, везде они находили крабиллусов, этих милых и совершенно безобидных существ, единственной защитой которых была способность принимать внешний облик предмета, безразличного для тех, кто хотел бы причинить им зло.

- Ты же знаешь гипотезу Грао-Гудона. Кто-то занимался их расселением - ведь они улучшают среду своего обитания.

- А тебе не кажется странным, что этот кто-то не оставил по себе никаких следов, а слизняки живут себе и процветают? Я бы даже спросил иначе: тебе не кажется это зловещим?

- Ну уж ты и скажешь: зловещим, - вмешался в разговор Сангр. - Мало ли что могло произойти с разумом?

- А что ты понимаешь под разумом?

- Я не философ. Разум есть разум, чего тебе еще нужно?

- Вот именно, - с каким-то удовлетворением изрек Тугрин. - Ты не философ. Ты пилот. Но у нас ведь есть автоматика. Зачем же нужен ты?

- Мало ли что может случиться? Всего не предусмотришь.

- Вот это и есть то, что отличает разум - способность действовать в непредсказуемой ситуации. Там, где все стабильно и неизменно, разум проигрывает в схватке с приспособляемостью. Поэтому разум - это бунт против неизменного мира, а разумный, мыслящий человек - всегда бунтарь. С самого зарождения цивилизации человек не соглашался с тем, что его окружало, человек творил, он изменял окружающий мир и изменялся сам, и именно это и позволило ему, такому слабому и неприспособленному, подчинить себе всю Галактику.