
Директор продолжает осмотр. Он входит в зал репортажа. Полторы тысячи репортеров, сидя перед полутора тысячами телефонных аппаратов, сообщают подписчикам новости, полученные за ночь со всех концов света. Организация бесподобного бюро репортажей описана уже не раз. Перед каждым репортером — несколько коммутаторов,
Фрэнсис Беннет окликнул одного из десяти репортеров по отделу астрономии. Этой службе предстояло значительно расшириться в связи с последними открытиями, сделанными в звездном мире.
— Ну как, Кэтч? Что получили?
— Фототелеграммы с Меркурия, Венеры и Марса, сэр.
— С Марса есть что-нибудь интересное?
— Как же! Революция в Центральной империи — победа реакционных либералов над республиканскими консерваторами.
— То же, что и у нас… Ну, а с Юпитера?
— Пока ничего. Непонятна их сигнализация! Быть может, наша до них не доходит?
— Разберитесь, мистер Кэтч. Всю ответственность я возлагаю на вас, — резко ответил Фрэнсис Беннет и, недовольный, направился в бюро научного репортажа.
Тридцать ученых склонились над счетными машинами. Одни были поглощены уравнениями девяносто пятой степени, другие, словно забавляясь формулами алгебраической бесконечности и пространства в двадцати четырех измерениях, напоминали учеников начальной школы, решающих примеры на четыре правила арифметики.
