Повлиять на движение капсулы, перемещаясь внутри нее от стенки к стенке, я никак не мог. Внутренний диаметр этого крохотного аппарата был всего около шести футов, и то большую часть пространства занимала закрепленная аппаратура.
Некоторые из моих друзей были склонны решать проблемы, ничего не предпринимая до самого последнего момента. Большинство из них я пережил. Как только я заметил, что обломок опрокидывается, мне потребовалось пять секунд на то, чтобы обдумать возможные действия. Я не мог отцепиться от обломка прямо сейчас, потому что правильная, почти сферическая форма капсулы привлечет внимание любого наблюдателя, вооруженного хорошим сонаром,- правда, до сих пор такой наблюдатель не проявил себя. Я мог также включить огни, чтобы рассмотреть дно перед тем, как упасть на него, и тогда, может быть, я успел бы отделиться вовремя. Однако это шло вразрез с моими намерениями остаться незамеченным. Я мог продолжать опускаться на дно в надежде что независимо от того, опрокинется капсула или нет, я окажусь в безопасном положении по отношению к обломку, - то есть ничего не предпринимать. Это означало, что мне, может быть придется бороться за свою жизнь с законами природы - а их переубедить труднее, чем большинство оппонентов-людей.
Первые два варианта означали… что же, может быть, Берт, Джои и Мари были еще живы. Я потянулся к тумблеру. Однако его не коснулся. Внезапно я увидел дно. По крайней мере, эта поверхность выглядела так, как и должно выглядеть дно. Оно располагалось в ожидаемом направлении - я еще в состоянии был различать верх и низ - и казалось плоским. И оно было видимым.