Баба-Яга так удивилась, что кричать-свистеть перестала.

— Вот старость — не радость, — пробормотала она себе под нос. — Уже что ни попадя кажется да слышится.

Кузя услыхал это, да давай Бабу-Ягу запугивать!

— Угу-гу-гу! — завыл он диким голосом. — Ты почто, Баба-Яга, шалишь да балуешь? Кто тебе разрешал лес баламутить, зверей да леших пугать?

— Батюшки! — Баба-Яга от страха даже на стол с ногами забралась — такого она еще не видела, не слышала. — Кто ж это такой грозный у меня в печи завелся?

— А я самый главный из главных начальников над всеми Бабами-Ягами! — еще страшнее завыл Кузя. — Неужто ты меня не узнала?

— Ой, — еще больше забоялась старуха. — Что-то я вас не припомню.

— На собрания надо ходить! — упрекнул Бабу-Ягу «начальник».

— Правда ваша, — вздохнула Баба-Яга. — Давно я с сестрами своими не виделась…

— Ну, рассказывай, почему свою работу в лесу не выполняешь, а только все портишь?

— Ой, батенька! Как же работать-то — я болею.

— Заболела? Полечись, — строго сказал Кузя.

— Да как же мне лечиться-то? Все доктора меня боятся…

— Сама виновата. Нечего было заезжего лекаря в колодец вверх ногами засовывать.

— Так я ж шутя…

— Юмор у тебя, бабушка, какой-то опасный. Он потом всем рассказал, как его в наших краях принимали.

— И что ж теперь делать-то?

— Ну, вот что. Я хоть и по другой специальности, но тебе помогу. Ну-ка попробуй к щеке сало приложить.

— А поможет?

— Ты приложи, приложи, а там поглядим.

Баба-Яга слезла со стола, нашла в кладовке сало и стала его к своей щеке веревочкой привязывать. Привязала и села возле печки. Сидит и ждет, когда зуб пройдет.