— В яму не стоит, — эхом отозвался Летягин и попробовал на вкус слова Трофима. — Только какой я вампир? Вы же тянете у людей кровь. Можно сказать, жизненную силу. А я так не могу.

— Ты скользишь по поверхности вещей, сынок. Донору только легче, когда у него забирают лишнюю тяжесть, избыток. Ведь берут-то не просто так, а чтобы потом вернуть, претворив соответственно в духовные и материальные ценности.

Звучало убедительно. Летягин не умел спорить, однако сопротивлялся:

— Вы можете внести инфекцию… СПИД…

— Кто угодно, только не мы. Организованные вампиры обязаны применять пространственную развертку доноров, то есть бесконтактный сбор кровяной массы. Все контактные способы запрещены законом, за этим строго следят. Даже за некачественную обработку, приведшую к отекам, мы строго и персонально наказываем. Как говорит мой шеф: «вампиризм — это древняя и прекрасная культура общения». Возьмем, например, Азраилову…

— Черт с ней, — фыркнул Летягин.

— Ты людьми не бросайся, Георгий, — строго произнес Трофим. — Ты настройся на эту мадам, стань ей своим, прислушайся к тому, что томит ее сердце, чего ждет ее разум. Не распыляйся, улови главный дефицит. А потом тяни. Дай ей кусочек того, что она хочет. Хотя бы пообещай. Все это нужно, чтобы донор снял психическую защиту, раскрылся. И тогда будьте-нате — придет волна, и донор станет доступным для кровосбора.

— Получается, что вы сперва человека как бы ломаете?

— Диалектики в тебе мало. Никто не сломается, пока не захочет. Ведь донор глухо и бессловесно жаждет пожертвовать частицу себя на мировой прогресс. Поэтому с такой готовностью покоряется вампирскому зову. Тут уж не теряйся! И всегда подбирай самый подходящий тебе морфовариант: упыря зубатого, зверя-вурдалака или хомо вампирикус…

— И где ж эти варианты сидят, почему их физики не видят?

— У нас другая наука — вампирика.

— А что, жирная пиявка с двумя дырками, это ваше наивысшее достижение? — ехидно поинтересовался Летягам.