— Мне не нравятся ваши речи! — заявил Хиллувен обиженно. — Согласен, я — не праведник, но весьма вероятно, еще наберу достаточно очков, как вы выразились, «душевного кредита» и попаду на небеса.

— Красивый у вас галстук, мистер Хиллувен. Раскрашен он, если не ошибаюсь, в цвета Лондонской Экономической Школы?

— Да, но…

Зурек пожевал губами, но ухмылки скрыть так и не смог.

— Как я уже сказал, мистер Хиллувен, вы уже практически в мешке.

— Но откуда вам известно, что я не изменюсь? — запротестовал Хиллувен. — Признаю, что действительно не молод, но в запасе у меня по меньшей мере еще несколько лет, а то и десятилетий. Срок вполне достаточный, чтобы обратиться к вере и…

Увидев, что Зурек достал с полки позади себя и открыл гроссбух, Хиллувен умолк.

— Так, так, — пробормотал Зурек, подслеповато щурясь и водя коротким кривым пальцем по строчкам. — Нашел! Норман Стэнли Хиллувен, пятидесяти трех лет от роду. Страдает запущенным сердечно-сосудистым заболеванием, у него к тому же поражена обширная область печени… Хотите знать точно, сколько вам осталось?

— Нет! — Хиллувен отшатнулся. — Точной даты смерти не способен предсказать никто! Даже ученик самого Сатаны!

— Четыре года, — равнодушно изрек Зурек. — Четыре года и… Сейчас уточню. И одиннадцать дней.

— Да чтоб вам!… — Хиллувен поежился. — А вы вовсе не такой, каким я вас представлял. При моем появлении вы выглядели вполне порядочным и даже приятным, но теперь…

— Раскинь мозгами, смертный! — перебил его Зурек. — Ты что же думал, что Он доверит дело тому, кто не в силах добиться для Него самых выгодных условий при заключении каждой конкретной сделки?