Нуминор нетерпеливо ударил оземь передней ногой. Он и сам знал это. А вот какие будут последствия, ее ли узы между принцессой и Солнцебегом разорвутся, этого он предугадать не мог. На протяжении многих поколений королевская семья Балинора обручала свою первую принцессу с единорогом из Небесной долины. Эти узы были магическими, эта магия порождала дружбу между людьми и животными в дальнем мире.

— Аталанта? Ты знаешь, что может произойти?

Она покачала головой:

— Я обеспокоена, Нуминор. У Злокозненного меняется характер его ворожбы! Он — или кто-то еще — умудрился похитить видение из самой Вещей заводи. Мне стоило немалых усилий вернуть его.

— Но тебе это удалось.

— Удалось. Но из-за этого я не видела, что происходило с Арианной на протяжении довольно долгого времени.

— А когда вновь смогла увидеть, что тогда?

— Вроде бы все в порядке. — Между глаз у нее пролегла тревожная складка. — По крайней мере, я на это надеюсь.

— Энций Злокозненный? Наш враг? — Нуминор чуть не встал на дыбы. Передние ноги ударили по воздуху, словно перед ним был сам Злокозненный. — Он посягнул на наших?

— Он послал свое Око следить за ними. Насколько я могу судить, ему еще не удалось найти их. Я сомневаюсь, что ему известен проход через Брешь. Но если мы нашли способ направить Арианну и Солнцебега на ранчо «Глетчеров ручей», рано или поздно найдет его и он.

Грива Аталанты взмыла вверх, закрыв на миг ее фиалковые глаза.

— Кто может знать, что тогда произойдет? На той стороне Бреши наша магия ограничена. Я полагала, что и его ворожба тоже. Но сейчас я в этом не уверена. Утрата видения в Вещей заводи неестественна. И я не имею ни малейшего представления, что произошло с Арианной в тот отрезок времени между двумя видениями, когда она была в больничной койке, а затем в инвалидной коляске. Одно я знаю наверняка: без Арианны и Солнцебега животные Балинора утратят способность говорить.