Аталанта успокоилась. Может, не так уж все плохо.

Вдруг ни с того ни с сего воды Вещей заводи потемнели. Небольшая воронка завихрилась и стала подниматься со дна. Бешено вращаясь, она достигла поверхности и смерчем устремилась ввысь. Это было видение черных мух! Миллионы их роились в этом смерче злобы и ненависти. Аталанте потребовалась вся сила воли, чтобы не покинуть свой пост. Черные мухи были бичом единорогов. Бывали времена — и не раз! — когда зло, насылаемое Злокозненным, обращалось тучами кусающих мух. Они забивались единорогам в уши и их чуткие ноздри, слепили глаза. Сейчас мушиный рой был всего лишь видением. Из Вещей заводи не могло изойти что-либо, вредное для стада единорогов. Только ужасные видения.

Мухи заполнили заводь от края до края и исчезли так же внезапно, как появились.

Аталанта глубоко вздохнула и заглянула в воды.

Глазам ее предстали железные врата с пиками, вздымающимися в черное грозное небо. За вратами зловеще толпились грязно-серые тучи. Они словно шли на приступ, громоздились друг на друга, и вдруг выстроились в столп огня и мрака. В центре этого столпа вращался слабый желтовато-зеленый луч света. Этот свет постепенно стал обретать форму глаза без век. За этим оком просматривались очертания лица и тела, но желтовато-зеленые клубы дыма скрывали их. Аталанта могла видеть только глазную впадину без век и отсвечивающий багровым цветом зрачок.

Око Энция Злокозненного!

Злокозненный — враг всего живого обоих миров, выше и ниже Небесной долины. Он — демон — если не хуже! — которого никто никогда не видел. Призрачное присутствие его могло принимать различные внешние формы, будь то друга или врага, и никому не усмотреть подвоха. Единственное спасение от него в том, что он не в силах оставаться в принятой форме, какой бы она ни была, дольше двадцати четырех часов.