В целом семьсот два гекса держали постоянных представителей в межрегиональном совете, председательский состав которого время от времени обновлялся. Однако у народов севера возникало куда больше трудностей, связанных с расовыми особенностями. Южане, хотя и различались до такой степени, что порой идентификация того или другого существа была просто невозможна, все-таки обладали большим количеством общих черт. Марковиане сами имели углеродную клеточную структуру и, естественно, потратили немало усилий и времени для обустройства других углеродных форм жизни.

Они поставили себе цель - победить в борьбе за будущее своих детей и не желали терять шанс только потому, что обладателей углеродной основы считали обреченными на вымирание.

Северное полушарие было истинным раем для экспериментаторов. В семистах восьмидесяти гексагонах не существовало ни малейших ограничений и уж тем более никаких правил. И некоторые формы жизни оказались настолько чужды и непонятны друг другу, что едва находили общий язык. Так обстояло дело с существами из нетехнологического гекса Учджин, где потерпели аварию Трелиг и Юлин. В Зоне постоянно находился посол, поэтому потерпевшие крушение туда и направились, но мало кому удавалось пообщаться с этими странными пластиковыми полотнищами, произношение, концепции и логика которых оставались абсолютной загадкой. Объяснить им, что за корабль свалился с неба и какими могут оказаться последствия, просто не представлялось возможным.

Однако как бы там ни было, слово "нет" в любом языке имеет одно-единственное значение и переводится одинаково даже для северян, оказавшихся ничуть не менее жадными и изворотливыми интриганами, чем южане. Да, они действительно очень старались.

Но у них ничего не вышло.

Существо, стоящее в Воротах Северной Зоны, было чужаком. Больше двух метров ростом, если не считать огромных ярко-оранжевых крыльев, сложенных за спиной.