– Ты что разорался? – негодующе осведомляется Наташа. – Мать перепугал. Я тебе не фирмач, из которого надо вытряхнуть "бабки" за "крышу".

– Сама виновата, – бурчит Коля. – Умеешь настроение пересрать. – Он с досадой мотает головой. – Вечно, как придешь – ни пожрать, ни попить. Хоз-з-зяйка. – Он пристально обводит взглядом жену. Потом велит: – Иди сюда!

Наташа на миг закатывает глаза – дескать, насточертел своими домогательствами – и нехотя подходит к мужу. Он, сидя на табурете, поворачивается к ней лицом и дергает поясок на ее халате. Поясок падает на пол. Полы халата расходятся.

Коля с вожделением смотрит на жену, вытирая ладонью молоко с губ, затем распахивает на ней халат пошире. Наклоняется и начинает целовать ее подтянутый живот. Поцелуи поднимаются выше, к грудям.

Наташа безучастно смотрит в окно.

– Идем, – жарко шепчет Коля и тянет Наташу за собой.

Втягивает жену в спальню и валит на широкую кровать. Наташа позволяет ему делать все, что он хочет, но сама не отвечает на ласки.

Поцелуи становятся реже. Коля привстает и в упор испытующе смотрит на жену.

– Снова? – зловеще говорит он. – Опять за старое? Как бревно лежишь. Тебя такую и трахать противно!

– Но ведь трахаешь, – возражает Наташа с некоторой наглостью.

Коля встает с кровати и стоит над женой, размышляет, уперев руки в бока, а взгляд – в Наташу.

– Но я тебя сейчас расшевелю, – вкрадчиво обещает он, расстегивает ремень на брюках, потом расстегивает брюки и спускает их до колен. Приказывает зло: – Давай, сказка, начинай. Отрабатывай, раз уплачено. Или уйдешь от меня к мамочке с папочкой? С изуродованной мордой.

Наташа с негодованием и заметным испугом отвечает:

– Ты что – сдурел? Еще чего! Не буду я этого делать! Да ты еще и не мылся.

– Давай, сука, делай, – с угрозой требует он. – Ты меня достала. Делай или, ей Богу, я вышибу тебе мозги. Я не шучу.