2. СТЕКЛЯННЫЙ ГОРОД
Когда Дороти очнулась, коляска все еще продолжала падать, но уже не так стремительно. Благодаря тому что ее верх уподобился надуваемому ветром парашюту или зонтику, они теперь опускались плавно, как бы парили в воздухе, что было бы даже приятно, если бы пассажиры не думали о смерти, грозящей им ежеминутно, и о том, что ждет их на дне огромной расщелины. Над головами у них раздавались как бы раскаты грома - это земля смыкалась на месте образовавшихся было трещин. Мимо то и дело проносились камни и комья глины. Дети не видели их, только слышали, как они барабанят по крыше коляски, да еще как взвизгивает почти по-человечески Джим, когда его настигает очередной булыжник. На самом деле камни не причиняли большого вреда животному, которое ведь тоже падало, только чуть медленнее из-за коляски-парашюта. Коню было скорее страшно, чем больно.
Долго ли, коротко ли продолжалось падение, Дороти не знала. От удивления и испуга она потеряла счет времени. Постепенно, поборов страх, она решилась заглянуть вниз, в черную бездну. Совсем рядом маячили смутные очертания лошади: задранная кверху голова, стоящие торчком уши, длинные ноги, растопыренные в разные стороны. Посмотрев вбок, Дороти обнаружила, что мальчик, онемевший от страха, как и она сама, попрежнему сидит рядом.
Дороти вздохнула с некоторым облегчением. Худшего, кажется, удалось избежать. Наоборот, начиналось новое приключение, обещающее оказаться не менее странным и чудесным, чем те, что ей пришлось уже пережить.
При этой мысли девочка ободрилась и еще раз выглянула из коляски, чтобы узнать, откуда исходит странное свечение, все более разгонявшее мутную мглу. Далеко внизу она заметила шесть огромных сияющих шаров, как бы висевших в воздухе. Средний, самый крупный, был белого цвета и похож на солнце. Вокруг него располагались лучами звезды остальные пять: розовый, фиолетовый, желтый, голубой и оранжевый. От этого роскошного семейства разноцветных светил расходились во все стороны радужные лучи. По мере того как лошадь с коляской, Дороти и Зебом опускалась все ниже, лучи становились все ярче. Они переливались нежнейшими оттенками, заполняя все окружающее пространство ослепительной, волшебной, красочной игрой света.