— А-а-а… Друзей, — понимающе шмыгнул носом малец. — А не колдуна?

— А зачем мне колдун? — искренне удивился Ян. — Мне друзья нужны. Я соскучился уже.

— Ну, забирай тогда, выиграл, — кивнул пацан и убежал, ушлепал, поднимая пыль, куда-то за дома.

— Что забирать? — поднял к затылку по привычке руку Ян. А в руке — оловянная фигурка бойца с палицей. В другой руке — вторая. Там присевший в боевой стойке бородатый воин с саблей и кинжалом.

…

В город они вернулись уже втроем, хотя Чингиз и Раш еще двигались плохо. Все суставы у них щелкали и скрипели, и слабость еще была, и спину ломило. Потом немного откормились, попили пива, и опять ходили везде втроем — Ян, Чингиз и Раш. Только теперь слушали они Яна, прислушивались, переглядываясь иногда и кивая согласно.

А он еще раз пригодился — настоящий друг! Это когда вытаскивал их из тюрьмы, где они сидели в ожидании суда. Встретился им опять тот странный человечек, что контракт подсовывал на черного колдуна. Встретился и подошел сдуру выяснить, как там, мол, дела? Ну, и побили они его, натурально. А кто бы не побил?

Иногда, когда друзья были заняты или у него самого было свободное время, Ян ездил в деревушку Рыску и там играл в солдатиков с Яном-маленьким.

Только больше пока никак не удавалось выиграть.

Черный поезд

Из нашего поселка выхода нет. Он ведь так и называется неспроста — Глухарь. И это не охотники какие-нибудь его так назвали, да и охотников у нас здесь просто не бывает. Где им тут охотиться? В степи? А откуда на охоту приезжать? У нас же даже дорог никаких нет. Вон только железная, да и та в пяти километрах — будто кто-то специально ставил дома поселка так, чтобы ничего вокруг не было: ни холмов, ни лесов, ни рек — степь, серая от полыни. В одну сторону глянешь — сто километров ничего нет, в другую… Глухарь, в общем.