– А что Буккер, что Буккер? – зоотехник возмутился, хотя без особого энтузиазма.

– А то! – Мокей Александрович воздел десницу к небу. – Русский народ евреи спаивают!

– А причем тут я? – Буккер состроил невинное лицо.

– Все евреи Буккеры! Банда одна прямо, – Мокей в свете костра и сам выглядел, как Моисей в пустыне – борода, морщины.

– Я не Буккер, а БуккЕр! Мои предки Москву брали с Наполеоном. Я француз.

– БуккЕр! Хер ты, а не БуккЕр! Да ты хоть вавилонянином назовись! Сути не меняет! – было не понятно, куда клонит Мокей. – Раз принес, наливай!

Ивану показалось, что словесная перепалка была отрепетирована сотни раз. Никто, кроме него, на препирательства и внимания не обратил. Однако на слово «наливай» реакция последовала классическая.

Один Буккер отреагировал странно.

– Я бы налил, но вот товарища вашего знаю мало. Поговорить надо, познакомиться поближе…

– Ну, нальешь – и поговорим, – от выпитого Ивана постепенно терял способность фиксировать взгляд. – Кто же говорит по трезвяни?

– Ты тут мне на Ивана не наезжай, не наезжай! – Петр по праву друга решил защитить гостя. – Он там, в городе, вон как терпит! Ему это вон как нужно! Или надо. Он, может, и нам поможет! Ты не смотри, что он не здешний! Наливай!

Иван не стал дожидаться и достал из сумки последнюю пол-литру.

– Только, чур, рыбу проверить надо! – Он все же хотел придерживаться своего плана. Рыболовецкого.

Казалось, все только и ждали его слов.

Дойти до речки оказалось не просто. Сказывалась нетвердость походки. Вася, тот вообще заснул на ходу и упал. Наибольшую пользу принес Мокей. Он осторожно вошел в воду и стал что-то нашаривать на дне. При этом он вытягивал вперед подбородок, стараясь не намочить бороду.

– Ты че, Мокей? Чешисся? – спросил Петр, пытаясь тем временем вставить весла в уключины. – Или так просто?