Лэтроп услышал какое-то тихое шарканье и, повернув голову, увидел, что по тропе к нему идет одно из гномоподобных существ. Он понял, что это старик. Поседевший волосяной покров на его теле казался серым, а когда он подошел ближе, Лэтроп разглядел и другие признаки старости: слезящиеся глаза, морщинистую кожу, поникшие кустики бровей, скрюченные пальцы рук.
Существо остановилось перед Лэтропом и заговорило, и тот понял его.
- Да будут зорки ваши глаза, сэр. (Не "сэр", конечно, а самый близкий по смыслу перевод этого слова).
- Да будет острым ваш слух, - отозвался Лэтроп.
- Крепкого вам сна.
- Приятного вам аппетита, - продолжал Лэтроп.
Когда наконец все добрые пожелания были исчерпаны, гном внимательно оглядел Лэтропа и произнес:
- Вы похожи на того, другого.
- На Клэя, - уточнил Лэтроп.
- Только вы моложе, - сказал гном.
- Моложе, - согласился Лэтроп. - Но ненамного.
- Верно, - вежливо согласился гном, словно желая доставить этим собеседнику удовольствие.
- И вы не больной.
- Да, я здоров, - сказал Лэтроп.
- Клэй был больной. Клэй... (Не "умер". Слово скорей переводилось, как "прекратился" или "иссяк", но смысл его был ясен.)
- Я знаю. Я пришел, чтобы поговорить о нем.
- Он жил с нами, - произнес гном. - Мы были рядом с ним, когда он... (Умер?)
А давно ли это произошло? Как спросить "давно ли?" Лэтроп вдруг смешался, осознав, что в языке этих гномов не было слов, подходивших по смыслу для обозначения продолжительности отрезка времени. Глаголы в нем, конечно, употреблялись в настоящем, прошедшем и будущем времени, но не было ни одного слова для измерения протяженности времени или пространства.