Я постоял немного - в числе праздношатающихся зевак - а он все дергался. Крепкий, видно, был...

Подъехала бригада мусорщиков. Я сперва удивился: как оперативно работают! - а потом понял, что так просто совпало, у них была обычная плановая проверка маршрута.

Они сначала хотели оставить парня - тот еще дергался, вздрагивал, а потом один сказал другому, чтобы тот не морочил ему голову.

- Все равно ведь этот маршрут - наш, - мрачно сказал он.

- Так ведь места нет! - возразил второй.

- Кинь его сверху и скажи, чтоб цеплялся.

- Так у него рук нету.

- Уши зато есть? Значит, услышит. А уцепиться и ногой можно. Или зубами - зубы-то на месте?

- На месте.

- Ну и ладно, поехали.

И они уехали дальше, вслед за автобусом.

И я подумал, как это все-таки разумно: ехать следом за автобусом. По крайней мере до следующего автобума на остановках будет чисто.

Меня переполнила гордость за этих парней: значит, не все еще потеряно, не все пропало для нашей страны, когда в ней есть еще вот такие вот люди, которые в обстановке анархии и полнейшего кретинизма могут принимать разумные решения. Это ведь надо - поехать вслед за автобусом! Я восхищался ими.

Но недолго - мое внимание привлекла толпа подростков, кидающая камни в укрывшуюся на дереве кошечку. Все листья с дерева они уже сбили и теперь камни свистели мимо голых ветвей, , ударяясь в них и сотрясая. А кошечка смотрела широко раскрытыми от ужаса глазами судорожно цепляясь за качающуюся ветку и не могла даже мяукать.

Я уже хотел было вмешаться, но меня опередили: какой-то мужчина выскочил из дома с ручным пулеметом в руках и в две очереди уложил разбушевавшихся подростков.

- Шумят, - тихо пояснил он мне. - А я люблю тишину.

Я кивнул.

- Любите животных? - спросил я, просто так, чтобы поддержать разговор.

Он посмотрел на кошечку и, не целясь, снял ее одиночным выстрелом.