Он взял со стола какую-то штуковину и протянул мне.

- Осторожно, - предупредил он, - один конец у нее очень горячий.

Вещица была около фута длиной и до форме напоминала песочные часы из прозрачного пластика. Узенькая в центре, она расширялась к полым концам. В середину был вставлен небольшой, по-видимому металлический, прут. Один его конец рдел, как раскаленное железо, и когда я поднес ладонь к открытой полости, то почувствовал дуновение горячего воздуха. Другой же конец, белый, был покрыт кристалликами. Я повернул непонятное приспособление.

- Смотри, не вздумай до него дотронуться, - предупредил шериф. Палец примерзнет. Видишь, на нем лед.

Я осторожно положил вещицу на стол.

- Как ты думаешь, что это такое? - спросил шериф.

- Откуда мне знать.

Я действительно не имел ни малейшего представления. Физика никогда не была в числе моих любимых предметов, к тому же я давно забыл даже то немногое, что когда-то учил в школе. И все же я готов был голову дать на отсечение, что лежавшая на столе штуковина не могла существовать в природе. Тем не менее вот она перед нами: один конец раскален, другой холоднее льда.

- А как тебе нравится это? - шериф взял в руку небольшой треугольник из тонких прутиков металла или пластика, - по-твоему, что это такое?

- Что это такое? Ну просто...

- Просто? Попробуй-ка просунуть в него палец.

В голосе шерифа послышалось настоящее торжество.

Я попытался выполнить его указание, но из этого ничего не вышло. Внутри треугольника была пустота. Во всяком случае, мой палец не встретил никакого препятствия, и все же я не мог продвинуть его ни на миллиметр, словно треугольник был заполнен невидимым и неощутимым, но твердым, как сталь, веществом.

- Разреши-ка взглянуть, в чем там дело, - попросил я.

Шериф охотно передал мне загадочную вещицу.