- Почему урезал?

- Да не знаю я.., - и сопит в трубку. - Отдал два часа Дорофееву.

- Хорошо, позвоните мне завтра в.., - я машинально смотрю на часы, - в половине десятого.

- Андрей Иванович!

- Все. Работайте.

В сущности я мягкий человек, но с подобными типами только так и можно разговаривать. Ни один вопрос не могут сами решить и по любому поводу готовы звонить чуть ли не в Президиум Академии наук.

Давлю на кнопку, входит мой секретарь. Это один из тех немногих сотрудников, которые понимают, что у них за директор и как ему трудно.

- Наташенька, милая, как там у нас с чаем нынче?

- Нынче, Андрей Иванович, у нас с чаем хуже некуда. Вчера вы сидели с Константином Эдуардовичем до десяти, и весь запас заварки как корова языком слизнула. Будь я вашей женой...

Подобные вольности ей позволены. Не терплю этого в деловой сфере, а в остальных случаях даже приветствую.

- Если бы вы, Наташа, были моей женой, то никаких желаний у меня больше не существовало бы.

- Если не возражаете, я сбегаю на ВЦ к наладчикам, одолжу у них.

- А это удобно?

- Да они мне должны целых две пачки.

- Как, из директорского фонда! - делаю чрезвычайно строгое и официальное лицо.

Она улыбается.

- Кстати, заходил Дорофеев, просил, когда освободитесь, вызвать его для беседы.

- А товарищ Дорофеев не сообщил, по какому поводу я его должен побеспокоить?

- Нет. Он вообще какой-то странный сегодня. Я вам больше не нужна?

- Ну, как же, а чай?

- Так я и собираюсь...

- Будьте так добры.

Она уходит. Редкий все-таки человек - врожденное чувство такта.

Дорофеев - зав лабораторией адаптивного моделирования краса и гордость института. Но что-то последнее время он мне не нравится. Чем? Даже не могу сформулировать. Вероятно, своим желанием продемонстрировать задатки руководителя большого масштаба... Наука превращается в отрасль производства. Да. И крупные люди вместо того, чтобы заниматься собственно наукой, занимаются обсуждением проблем развития науки. Методологические вопросы. Организационные вопросы. Философские аспекты. Роль и место...