
- Почему урезал?
- Да не знаю я.., - и сопит в трубку. - Отдал два часа Дорофееву.
- Хорошо, позвоните мне завтра в.., - я машинально смотрю на часы, - в половине десятого.
- Андрей Иванович!
- Все. Работайте.
В сущности я мягкий человек, но с подобными типами только так и можно разговаривать. Ни один вопрос не могут сами решить и по любому поводу готовы звонить чуть ли не в Президиум Академии наук.
Давлю на кнопку, входит мой секретарь. Это один из тех немногих сотрудников, которые понимают, что у них за директор и как ему трудно.
- Наташенька, милая, как там у нас с чаем нынче?
- Нынче, Андрей Иванович, у нас с чаем хуже некуда. Вчера вы сидели с Константином Эдуардовичем до десяти, и весь запас заварки как корова языком слизнула. Будь я вашей женой...
Подобные вольности ей позволены. Не терплю этого в деловой сфере, а в остальных случаях даже приветствую.
- Если бы вы, Наташа, были моей женой, то никаких желаний у меня больше не существовало бы.
- Если не возражаете, я сбегаю на ВЦ к наладчикам, одолжу у них.
- А это удобно?
- Да они мне должны целых две пачки.
- Как, из директорского фонда! - делаю чрезвычайно строгое и официальное лицо.
Она улыбается.
- Кстати, заходил Дорофеев, просил, когда освободитесь, вызвать его для беседы.
- А товарищ Дорофеев не сообщил, по какому поводу я его должен побеспокоить?
- Нет. Он вообще какой-то странный сегодня. Я вам больше не нужна?
- Ну, как же, а чай?
- Так я и собираюсь...
- Будьте так добры.
Она уходит. Редкий все-таки человек - врожденное чувство такта.
Дорофеев - зав лабораторией адаптивного моделирования краса и гордость института. Но что-то последнее время он мне не нравится. Чем? Даже не могу сформулировать. Вероятно, своим желанием продемонстрировать задатки руководителя большого масштаба... Наука превращается в отрасль производства. Да. И крупные люди вместо того, чтобы заниматься собственно наукой, занимаются обсуждением проблем развития науки. Методологические вопросы. Организационные вопросы. Философские аспекты. Роль и место...
