- Постой-постой, это какой такой еще барский дом? - подал голос Вовка Белкин. - В Захаровке же никакого такого дома нет. Там только магазин здоровенный, двухэтажный, и все.

- Ну правильно, нет - тотчас же отозвался Санька. - Его сожгли, когда революцию в Захаровке делали. А потом уж на том самом месте магазин построили. И вообще, Вовец, не встревай. Если такой умный - говори сам.

Вовка немедленно заткнулся, а Санька, выждав для пущей убедительности несколько секунд, продолжал:

- Значит, вечером этот студент с рыбалки заявляется, смотрит - а его комнату убирает какая-то незнакомая девка. Красивая такая, глаза зеленые, только вот на шее шрам. Он, понятное дело, спрашивает, кто такая, откуда взялась. А она молчит, улыбается только.

Наутро он у папани своего спрашивает, что это за девка, а тот говорит: "А, есть тут одна такая. Ее бабы весной в лесу нашли. Бегала там голая. Дикая была совсем, немая. Привели ее в деревню, подметать научили вот теперь и убирается. А так дурочка, еле-еле слова понимает..."

Студент тогда спрашивает - а что это у нее за шрам на шее? А отец сказал, что не знает. Ободралась где-то, наверное, когда в чаще бегала.

Ну, однажды студент скакал по лесу, а лошадь ногу сбила. Он с нее слез, повел в поводу, а тут уже вечер, темно, дороги не разобрать. В общем, блуждал он по лесу, блуждал, а потом видит - меж деревьями огонек светится. Он пошел туда, зырит - а там поляна, и стоит дом, изба здоровенная.

- На курьих ножках? - хихикнув, спросил Андрюха Мазаев.

- Сам ты на курьих ножках, козел, - обиделся Санька. - Нормальный дом. Ну, парень этот привязал лошадь к забору, постучался. Стучит, стучит - а ему никто не открывает. А свет в окне, между прочим, горит. Потом дверь медленно открылась, и он видит - на пороге та самая девка стоит, ну, дурочка которая, со шрамом. Она глаза на него вылупила, лыбится, а потом вдруг говорит:

- Ну, чего стал? Давай уж, заходи.