- И ты их всех видела? - поразился Павлик. А он-то считал свою маму не очень высокой.

- Видела? - удивлённо переспросила мама. - Вот уж нет. Просто... тогда мне казалось... нет, я совершенно точно знала, что они есть, и что они именно такие.

Взгляд её упал на гору моркови, и мама словно очнулась.

- Ну, Павлик, - недовольно сказала она. - Совсем заморочил мне голову своими сказками. Чуть ли не полчаса в трубу вылетело, а обед не готов. Сам ведь прибежишь голодный, просить суп будешь.

- Нет, - сказал Павлик, неохотно расставаясь с картинками, где были нарисованы три разные ведьмы. - Суп я просить не стану. Вот если бы торт со взбитыми сливками.

- Всё-всё-всё, - решительно сказала мама и указала Павлику на дверь.

Павлик даже подумал, а не волшебная ли морковь лежит на кухонном столе, раз от взгляда на неё совершенно забываются все сказочные существа.

* * *

Что-то ещё у мамы выпытывать было безнадёжно. Папа вот рассказал бы, да только уехал он в командировку. Поэтому опечаленный Павлик отправился на балкон. Чем реже крутишься на глазах у взрослых, тем меньше шансов оказаться в самом центре домашних работ.

На балконе было тесновато, но уютно. С двух сторон пламенели оранжевыми дверцами шкафчики, в которых хранились запылившиеся банки. Над окном повисли лыжи. Четыре штуки. Красные - "Нововятск" - Павлика. Бежевые с серебряными полосами - "Эстония" - папины. Маминых лыж не было, они сломались прошлой зимой.

Павлику нравилось стоять на балконе. Он чувствовал себя здесь, будто на "Вавилоне-5". Казалось, чудеса и приключения совсем рядом и вот-вот догонят Павлика. Но сейчас ему хотелось увидеть не астронавтов, а ведьм. Хотя бы одну. Чтобы вырасти.

Но вместо ведьмы Павлик увидел собачку. Она шагала по перилам, медленно и важно продвигаясь от одного шкафчика к другому. Справа налево. Так вышагивают кошки, чей возраст позволяет ежесекундно не оглядываться по сторонам и не шипеть при каждом шорохе.