Прожектор бил с крыши одной из машин, ярко освещая черные окна квартир на погоревших этажах. Четвертом и пятом. Раскрытые окна кухни его квартиры единственные блестели целыми стеклами, с закопченного подоконника капитулянтским флагом свешивался халат жены.

- Муся! - вне себя заорал Семенов и кинулся вверх по ступенькам. - Что случилось?! Муся!

- Секундочку. - Рослый милицейский сержант перехватил Бориса Борисовича у двери подъезда. - Вы живете здесь?

- Тут я, тут!.. - Семенов, не найдя слов, потыкал рукой в сторону окна с халатом. - Жена где? Муся моя где? Жива?

- Ясно, - милиционер отпустил руку Бориса Борисовича, - не беспокойтесь, жива. У врачей спросите. Единственная пострадавшая. - Сержант как-то странно посмотрел на Семенова, козырнул и ушел к ПМГ. Борис Борисович бегом припустил к "скорой".

- А, так это вы муж потерпевшей, - невнятно поприветствовал его у машины дежурный врач, спешно дожевывая бутерброд. - Ее уже увезли в БСМП. Ногу вывихнула, когда из окна прыгнула. Ничего страшного, недельку полежит и выпишут. Как новая будет.

- Ногу вывихнула... из окна выпрыгнула... - механически повторил Семенов.

- Да не стоит так сильно переживать, - врач добродушно похлопал Бориса Борисовича по плечу, - задним числом не стоит. Все одно уже ничего не поправить. Впрочем, одно скажу: повезло вам. У соседей ваших утечка газа случилась, дотла хата выгорела, а у вас обои на смежной стене только чуток обуглились. Да и жена ваша всего лишь ногу повредила. Это с пятого-то этажа!

Врач залез в кабину "скорой", высунулся оттуда и, улыбаясь, крикнул:

- Везучий вы человек! Очень везучий, - захлопнул дверцу, и машина уехала. У Бориса Борисовича внутри все сжалось от благожелательных слов врача, точно дали Семенову кулаком поддых. Вот оно что! Везучий. Да-да, везучий. Ненормально, до тошноты везучий. До ужаса.