В понедельник с утра Борис Борисович деловито засунул лотерейку в бутыль с соляной кислотой и пошел на работу - торговать печатной продукцией. В полдень на центральной суетной улице его ограбила шайка подростков, отобрала сумку с газетами и небогатой выручкой. Через полчаса Семенов нашел под кустиком хорошее кожаное портмоне, в котором денег оказалось ровно столько, сколько стоила сама украденная сумка и сколько Семенов должен был выручить за продажу газет. Стоит ли говорить, что заколдованный билет в это время уютно покоился в теплом семеновском кармане!

- А за моральные издержки кто платить будет? - грустно спросил Борис Борисович неведомую колдовскую силу, тяжело вздохнул и пошел покупать новую сумку.

Во вторник Семенов весь день без устали жег билет паяльной лампой. Раз пятнадцать или двадцать. Толку не было никакого. Разве что чуть пожар по новой не учудил. В среду Борис Борисович отправился к специалистам. Нет, не к ученым, не к физикам-химикам, а к тем, которые стоят поближе ко всякой чертовщине. Выбрал наугад из газетных объявлений некую ясновидящую Марину и пошел к ней на прием.

Путь его напоминал по разрушению последствия от прицельного артобстрела: трамвай, в котором ехал Семенов, сгорел за пятнадцать минут, хорошо без жертв; троллейбус, куда пересел везучий Борис Борисович, врезался в дом; проскакивая короткими перебежками от дома к дому, он несколько раз едва не упал в открытые канализационные люки; асфальт под его ногами проваливался в подземные пустоты. Невзирая на препятствия, Семенов совершенно не пострадал, только вспотел от бега. Последняя удача подстерегла его в подъезде ведуньи - взорвалась электролампочка за спиной Бориса Борисовича, просыпав стеклянные осколки на уже пустые ступени.

Худая горбоносая Марина, бесцеремонно выставив очередников в коридор, вплотную занялась странным посетителем. Работала она бойко: кромсала билет заговоренными ножницами, протыкала магическим кинжалом, коптила над освященной свечой.