И тут-то возле ворот, случилось то, на что я тайно надеялась. Навстречу нам попался почтальон — Ибрагим-агай. Он не меньше моего обрадовался встрече.

— Теперь мне незачем подниматься на второй этаж, — подмигнув, проговорил он. — Вручаю письмо от папы. Держите!

Ибрагим-агаю известны все наши секреты, даже как мы учимся. От него ничего не скроешь, если и захочешь.

Этого письма я так ждала! От радости я взвизгнула. Меня не смутил насмешливый взгляд Мусы, пусть видит, как я рада папиному письму.

— Ты тут меня обожди, — попросила я его. — Я сразу вернусь, только отнесу письмо.

Он махнул рукой: валяй, мол!

Войдя в квартиру, я бросила письмо на круглый стол, чтобы мама сразу заметила его. Там же лежали наши записки.

Однако сразу я не решилась уйти. Очень мне хотелось знать, что пишет папа. До сих пор я никогда не вскрывала чужих писем. Ведь нехорошо совать нос в чужие тайны.

Но на этот раз я решилась вскрыть конверт. Перед побегом я должна была знать, о чем пишет папа.

Я прочитала письмо один раз, потом второй. Не снимая рюкзака, я принялась перечитывать в третий раз. «Привет вам, мои дорогие, из далекой Индии, — писал папа. — До последнего времени мы искали нефть возле Гималайских гор, сейчас переехали в штат Ассам, живем около города Сибсагар. Если и здесь нам не посчастливится, то переедем на юг, в штат Бомбей…»

«Где же этот штат Ассам и где этот Бомбей? — думала я. — Сколько раз себе говорила, что надо хорошо изучить карту Индии, и все как-то было недосуг».

«Наше дело нелегкое, — жаловался папа. — Ведь нефть втихомолку лежит себе под сотней пластов, ее рукой не ощупаешь, глазом не увидишь, ухом не услышишь. На чужой земле, в чужой стране особенно обидно, что нас постигает неудача. Но мы не можем отступать, просто не можем не найти нефть, нужную Индии…»

Я невольно задержалась на тех строчках, которые касались моего брата: