- Один из мертвецов - мой старый знакомый!

- Вот как? - Нулин пожал плечами. - И что с того?

- Что с того?! - Густава затрясло. - Только не стройте из себя тихоню, Нулин! Я сразу сообразил, чьих это рук дело! Вы знали, что мы не ладили с покойным, и после того, как я устроил вам разнос...

- Разнос? О каком разносе вы говорите? - Нулин нервно ухватился за пуговицу пиджака. - Кажется, несмотря на все ваши потуги, эксперимент нам все-таки разрешили. Или я ошибаюсь?

- Не понимаю, - Тония отобрала у них документ, бережно разгладила ладонями. - Ладно, он ваш старый знакомый и вы с ним не ладили... Пусть. Но ведь он умер. Что вас беспокоит?

- Смелее, Густав! В конце концов мы не паталогоанатомы.

- Этого еще не хватало! - Густав метнул в сторону Нулина сердитый взгляд. - Как бы там ни было, вы обязаны были поставить меня в известность. Мне отнюдь не улыбается проводить опыт над человеком, которого я знал.

- Но мы можем заняться им в самую последнюю очередь.

- Это не меняет дела! Я не собираюсь возиться с ним!

- Вы и не будете этого делать, Тония прошла в лабораторию и, устроившись в кресле оператора, деловито защелкала тумблерами картографа. - Возиться с телами покойных придется нам, а вы будете только наблюдать. Или вы чего-то опасаетесь?

- Признайтесь, Густав, вы ведь боитесь мертвецов? - Нулин растянул губы в улыбке.

- Причем здесь это? Боюсь, не боюсь... Это неприятно, понимаете?! И потом, если не ошибаюсь, вы собрались доказать обратное? То есть, как раз тот факт, что они не мертвы или, вернее, не совсем мертвы.

- Ах вот что вас пугает! Великолепно!.. Но не вы ли на вчерашнем совещании выражали бурную уверенность в невозможности положительного результата?

- Совершенно верно! - загрохотал Густав. - Я и сейчас убежден в этом. То, что вы затеваете, не что иное, как несусветная чушь! Профанация всех последних научных установок! Об этом даже нелепо говорить... Вы опускаете аппаратуру для снятия энцефалограмм в одну из исследовательских шахт и ждете, что ваши покойники оживут, Чего ради?!..