- Одного старания мало. Это Сто девятый марнерийский.

Мы считаемся лучшими, - сказал Эйин, ухаживающий за Хурвом, медношкурым, который заменил Чурна.

- А вы прислушайтесь к новичкам, - проворчал Свейн, который был старше всех присутствующих.

Эйин был драчливым крепко сбитым пареньком, родившимся в Портхаузе на берегах Сеанта. Он горячо верил в свое военное подразделение и очень хотел хоть как-то показать себя. Мальчики постарше считали, что он несколько перебирает, когда начинает говорить о боевых драконах Сто девятого марнерийского.

- А в Легионах все так и считают, - попытался защититься Эйин.

- Ну, конечно же, Эйин, так оно и есть, только давай не будем слишком много об этом болтать, ладно?

- Да, но Курф все же последнее время как-то странно себя ведет. А снаряжение Хвостолома просто в полном безобразии.

Оно вообще скоро развалится на части.

- Я бы сказал, что Курфа что-то мучает, - заметил, пожав плечами, Джак.

И надо признать, что в этом последнем замечании лежала изрядная доля правды.

***

Сбоку от бассейна, в тенечке, отдыхали лежа вылезшие из воды виверны. Пока одни стремились нырнуть поглубже в бассейн или возились друг с другом в воде, эти нежились в тени.

В этот солнечный день Базил Хвостолом пытался получить совет от Альсебры.

- Что-то случилось с мальчиком Курфом.

- И ты только сейчас пришел к такому заключению?

Базил заранее знал, что услышит от Альсебры что-нибудь колкое в свой адрес.

- За последнее время он стал еще хуже, намного хуже.

- Да этот мальчик всю жизнь только и умел, что витать в облаках. А вот тебе-то, с другой стороны, надо бы позаботиться о своей репутации.

- Этот драконир растерялся и теперь не знает, что делать. Но идти и жаловаться на него Кузо я просто не могу. Пусть парень и болван, но сердце у него славное. Все дело в том, что он не при своем деле.