И это его еще больше расстроило. Он встал, подошел к окну и выглянул на улицу, сощурив глаза от обилия света, исходящего от песка, моря и неба. Группа европейцев все еще толклась у бассейна. Снук уже решил было подойти к ним и спросить, не произошло ли что-нибудь новое, о чем следовало бы знать, но для этого пришлось бы лишний раз вступать с кем-то в контакт, и он тут же передумал. Уже отворачиваясь от окна, он заметил, как с севера, с той стороны, где располагались город и аэродром, приближается облако пыли, видимо, от идущей с большой скоростью машины. Меньше чем через минуту стало ясно, что это закамуфлированный под пустыню джип вооруженных сил султаната.

«Вот оно, — с каким-то странным удовлетворением подумал Снук. — Это за мной».

Он вернулся на свое место, закурил новую сигарету и попытался представить, что могло произойти. Из прежнего опыта он знал: случиться могло все что угодно. От птицы, попавшей в воздухозаборник истребителя и повредившей его металлический «пищевод», до погасшего габаритного огня на личном «боинге» султана. Снук сел поглубже в кресло и решил, что откажется двигаться с места, если только там не случилось что-нибудь действительно серьезное. Он как раз докурил сигарету, когда в зал вошел пилот одного из «скайвипов»

— Почему ты до сих пор сидишь тут, Снук? — раздраженно спросил он.

— Потому что предпочитаю пить сидя, — ответил Снук, неторопливо обдумывая вопрос.

— Прекрати… — Чарлтон сделал глубокий вдох и, очевидно, решил переменить тактику. — Разве дежурный не передал тебе мое сообщение?

— Он знает, чем бы это для него обернулось, — сказал Снук. — У меня первый свободный день за две недели.

Чарлтон беспомощно посмотрел на Снука, затем опустился в кресло и, осторожно оглядевшись вокруг, сказал:

— Гил, ты нам очень нужен там, на поле.

Снук обратил внимание на то, что его назвали по имени, и спросил:

— Что случилось, Чак?

Чарлтон, всегда настаивавший, чтобы обслуживающий технический персонал обращался к нему формально, на секунду прикрыл глаза.