— Предлагаешь слинять, капитан? — без всякого выражения осведомилась Видок. Лохиэль заметила движение среди мелких акционеров, стоящих у переборки. Этого следовало ожидать: Видок настойчиво создавала в их среде собственную клику, выступая на их стороне против крупных компаньонов.

— Нечего сказать, выбрала время, — рявкнул Й'Лассиан. — Нам чуть мозги не вышибли, а добычи — ни солнышка. Сдается мне, эскадра Хрима куда лучше поживилась.

— Да уж, — поддержала Троно, одна из мелких акционеров. — И я слыхала, эти барканские мудилы охренительно богатые — у них протекторат и все такое.

Она ухмыльнулась, глядя на своих дружков.

— Вы же видели, что Хрим сделал с этим панархистским синком, — с отвращением бросила Лохиэль. — Думаете, человек с прозвищем Беспощадный захочет поделиться с нами, когда получит то, что ему надо? Или Должар, если уж на то пошло?

Видок усмехнулась, чувствуя поддержку, которую успела завоевать на корабле.

— Хочешь спрятаться где-нибудь на Окраинах? Я слышала, у Властелина-Мстителя долгая память. А может, ты к чистюлям собралась?

— Не торопись списывать чистюль со счетов, — сказал Амброз. — Ты же видела, что произошло при Долорозе. Они чуть не разнесли нас в клочья — даже наши гиперснаряды не помогли. Этого нет в агитках, которыми нас снабжал сперва Чартерли, потом Хрим, но мне сдается, многие корабли Братства столкнулись с тем же, только в худшей степени.

— Это точно, — сказала Мессина. — Здесь в системе хватает кораблей, которые никогда, насколько я знаю, не входили в банду Хрима. Вероятно, это остатки злополучных флотилий вроде нашей. И если Эсабиан уж так уверен в себе, почему его слизень Барродах стягивает все больше кораблей Братства в худшую часть Рифта для охраны этого Пожирателя Солнц, о котором даже говорить нельзя?

Снова наступила долгая пауза. Мелкие пайщики беспокойно переминались, поглядывая на Видок. На лишенном звука экране снова прокручивалась гибель синка Озманов.