Люсинда все-таки проиграла свою внутреннюю борьбу.

— Господи, мама! Что ж так безнадежно, на тебя просто жалко смотреть!

Тайлер увидел, как мамино лицо задрожало и стало таким несчастным, что у него засосало под ложечкой. В такие минуты он чувствовал, что ненавидит свою сестру. Люсинда тоже заметила, как изменилось выражение маминого лица, и устыдилась, правда, слишком поздно — слова были сказаны.

Мама начала лихорадочно перебирать почту, но было видно, что мысли ее далеко. Она как-то внезапно постарела и казалась измученной. Тайлера затошнило. Может, она и не была лучшей матерью на свете, но старалась изо всех сил — просто иногда сбивалась с пути.

— Счета, — вздохнула мать. — Вот и вся наша почта.

— Почему мы не можем поехать к отцу? — внезапно спросил Тайлер.

— Потому что ваш отец сейчас в отъезде со своей новой семьей — по крайней мере, он так говорит. — Она нахмурилась. — Лично я думаю, что эта женщина помыкает им, как хочет.

— Ни ему мы не нужны, ни тебе, — горестно промолвила Люсинда. — Мы как сироты при живых родителях.

Тайлер с восхищением смотрел, как мама очередной раз совладала с собой — наверное, она снова штудировала журналы по воспитательным методикам.

— Мне вы точно нужны, — сказала она. — И я понимаю, почему вы сердитесь. Нам непросто с тех пор, как ваш отец ушел от нас. Но я не могу быть вам и отцом, и матерью одновременно. А если я буду все время сидеть дома в халате и ссориться с собственными детьми, как же я найду кого-нибудь?

— Но зачем тебе нужно кого-то искать? — спросила Люсинда. — Зачем?

— Потому что нужно выживать. И потому что мне одиноко, это вы можете понять? — Мать посмотрела на них одним из своих откровенных взглядов, который должен был означать: «Держусь из последних сил, но вот-вот заплачу». — Неужели вы не можете помочь мне хотя бы в этом?

— Как? Исчезнуть? — резко спросила Люсинда, снова бросаясь в бой. — Уехать в замок Потных Ног и все лето смотреть, как Мартин и Энтони играют в «Звездные войны» и пускают молочные пузыри из ноздрей?