- Инсектарий? - спросил он удивленно. - Откуда?

- Да ведь лаборатория же, - сказал Зотов. - Вы, очевидно, никак не хотите примириться с тем, что я не лесник, а энтомолог, и здесь станция.

- А это что на полке?

- Счетчик космической радиации, - сказал сухо Зотов.

- Зачем он вам?

- От метеорологов остался. А вообще давайте работать.

На дне инсектария лежали куски трухлявых деревьев, листья, мох, папоротник. Зотов подошел к инсектарию с развязанным мешком, откинул марлевую крышку и опрокинул мешок.

Из него, расправив крылья, медленно вылетали насекомые. Они падали, но точно так же, как падает лепесток, гонимый ветром: то поднимется, то вновь опустится. Постепенно вершинники оказались на дне и замерли, спрятав крылья под хитиновый панцирь.

- С какой частотой должны работать крылья, чтоб обеспечить такое спокойное, можно даже сказать, вялое опускание?

- Думаю, что с очень большой. - Зотов подошел к шкафу, открыл его и стал класть на стол приборы и инструменты. - Во всяком случае, отдельных взмахов я не видел. Ну, да ладно, это вы установите, когда займетесь съемкой. Идите сюда.

Ромадин подошел к столу.

Быстрыми точными движениями Зотов рассек грудь насекомого. Игла в его руках ткнулась в маленькую, чуть заметную ниточку.

- Вот все мышцы, связанные с крыльями. Хотите, я вскрою пчелу и покажу, чем располагает она? Канат против этой ниточки.

- Не надо, я знаю, - пробормотал Ромадин.

Уже стемнело, когда работа была окончена. В баночках, выстроившихся вдоль стен, были заспиртованы щупальца, голова, дыхательные органы вершинников.

- Эту коллекцию вы возьмете с собой, - сказал Зотов. - С утра вы налаживаете аппаратуру, я еще раз отправлюсь в лес для сбора насекомых. Сколько времени вам потребуется на обработку пленки, проявление, закрепление? Мне очень хотелось бы посмотреть, что получится.

- Да завтра же к вечеру, - сказал, подумав, Ромадин. - Я, признаться, рассчитывал здесь не печатать, а увезти с собой, но хочу вас уважить. Тем более что на всякий случай я все оборудование и химикаты захватил.