Когда родители воспитывают детей, они не задумываются о последствиях того или иного своего поступка. У них весьма примитивное мышление на уровне «как в данный момент воздействовать на ребёнка, чтобы с гарантией никогда больше этого не происходило?». Им важна не положительная ситуация в общем и целом. Не чтобы прошли прыщи по всему телу, а чтобы данный конкретный прыщ больше не вылезал.

— Вырежем! И неважно, что там останутся шрамы! А если закрыт травм пункт, то вырежем сами кухонным ножом. Кухонного ножа нет – вырежем лезвием.

Они не задумываются о долгосрочных результатах своих поступков. Им важен результат здесь и сейчас. И поэтому процесс мышления происходит следующим образом:

— «Если в эту ночь перешли самураи границу у реки», то мы не будем посылать туда роту, мы сразу выстрелим из бомбильной артиллерии. Там, где были холмы – станет озеро. И неважно, что при этом на дно опустится ещё 3–4 деревеньки. Главное, что та кучка из десяти человек будет в кровавый туман.

Поэтому всем своим страхам и фобиям я обязан матери. Если бы она не была бы такой перестраховщицей, то у меня были бы нормальные отношения со сверстниками. У меня автоматически шли такие образы, как: «парень с папиросой – хулиган – бьёт меня». Это такая связка, которая с точки зрения здравого смысла абсолютно иррациональна. Но, поскольку ребёнок не оценивает и не может воспринимать мир с точки зрения своих аналитических способностей, то он воспринимает мир со слов родителей. Как они сказали «будешь водиться с парнями с сигаретами – будешь бит» или «пойдёшь вечером гулять – получишь ножом под ребро», так ребёнок и воспринимает.