- Заткнись, баран, - процедил я. - Сам вижу.

- Вас не понял, вас не понял, - бесстрастно произнес компьютер центра управления боевыми вылетами. Компьютер, отвечающий за меня, капитана Попова, за мой третий разбитый сегодня самолет, за падающую вниз поверженную птицу с эмблемой скорпиона на брюхе.

- Пошел в зад! - устало огрызнулся я, скидывая с плеч ремни. "Думай, капитан, думай! Сегодня этот гад дважды уложил тебя. Причем, только что он сделал это за мгновение до того, как ты сам был готов нанести решающий удар. Ты пропустил детскую плюху, капитан..."

- Капитан Попов, - промурлыкали наушники красивым женским голоском, вас вызывает полковник Грудин. Немедленно явиться в блок один, оперативный центр управления третьим сектором боевых действий!

Я схватил брошенный шлемофон:

- Есть!

"Ну вот, капитан. Ты ошибся. Сейчас получишь пару огненных стрел под хвост..."

А все из-за грязного ублюдка... Еще никому на этой войне не удавалось уложить меня дважды, в течение одного дня. А "Дракон" - уложил! Играючи, как на тренажере, ДВА РАЗА ПОДРЯД! Меня, капитана Попова, одного из лучших асов нашей армии. Какой позор! Думай, капитан, думай!

Широкие коридоры боевого центра. Я иду по длинному проходу в сторону оперативного командного пункта, минуя закрытые двери. Тихо. Обманчивое спокойствие... Вот еще одна дверь. Еще. За каждой из них - пилот, летчики ведут тяжелый бой. Нашей армии сейчас так трудно, как, пожалуй, никогда еще не было.

Каждый человек на счету, каждая машина. Я мысленно видел, как они там, в голубом небе, закладывают виражи, как начинается привычное мерцание сознания, как пот застилает глаза, все ради того, чтобы упредить на миг врага, первым нанести молниеносный разящий удар. И только я, как последний новобранец... Я почти пинком распахнул дверь оперпункта.

- Капитан Попов по вашему приказанию прибыл! - четко, хотя, быть может, излишне громко и зло доложил я о своем прибытии.