-- Одну секунду, -- пробормотал Майк. -- Подождите немного.

Он сидел без движения, точно громом пораженный, и его лицо прямо на глазах делалось пористым и блеклым, как будто из него медленно вытекала жизнь.

-- Майкл! -- резко подала голос его жена с другого конца стола. -- Что случилось?

-- Маргарет, пожалуйста, не вмешивайся не в свои дела.

Ричард Пратт смотрел на Майка, его влажный рот смеялся, а маленькие глазки блестели. Майк не смотрел ни на кого.

-- Папа! -- вскричала его дочь со страхом в голосе. -- Папа, уж не хочешь ли ты сказать, что он отгадал правильно?

-- Не волнуйся, доченька, -- выдавил из себя Майк. -- У тебя нет никаких причин волноваться.

Я думаю, что в первую очередь желание Майка убежать сейчас подальше от своей семьи побудило его сказать Ричарду Пратту:

-- У меня будет к вам деловое предложение, Ричард. Мы перейдем сейчас с вами в соседнюю комнату и спокойно там все обсудим.

-- Мне нечего обсуждать, -- возразил Пратт. -- Я хочу видеть этикетку.

Он знал, что он выиграл; его поза, его бесстрастная надменность были позой и надменностью победителя, и по его виду я понял, что с ним крайне неприятно будет иметь дело, если в разрешении спора вдруг возникнут какие-нибудь сложности.

-- Чего вы тянете? -- накинулся он на Майка. -- Давайте же, поворачивайте бутылку.

Потом произошло следующее:

Служанка, маленькая, собранная особа в черно-белом, оказалась вдруг рядом с Ричардом Праттом и протянула ему что-то.

-- Кажется, это принадлежит вам, сэр, -- сказала она.

Пратт обернулся и его взгляд упал на очки в роговой оправе, которые держала служанка. Он чуть помедлил.

-- Ага... Да, может, это и мои. Не могу сказать точно.