Андерик едва не подпрыгнул, когда у него в голове зазвучал бездушный баритон. Нинн, маленький ублюдок за пультом управления огнем, бросил на него удивленный взгляд, но тут же отвернулся обратно к своим приборам.

Ему пришлось сделать над собой усилие, чтобы не выключить их сразу же. Это оказалось гораздо хуже, чем он мог себе представить: мертвый голос некогда живого разума, близкая родня этих жутких адамантинов из тьмы веков, холодный расчет которых чуть было не уничтожил человечество Тысячи Солнц. Только воспоминание о Властелине Должара остановило его руку. Он не питал ни малейших иллюзий насчет своей дальнейшей судьбы в случае, если он ослушается Эсабиана – по сравнению с этим даже логосы казались вполне приемлемыми союзниками.

Он с опаской надиктовал про себя приказ для логосов. Потом положил пальцы на клавиши и набрал ввод команды; одновременно логосы перестроили главный экран так, чтобы ему было легче считывать их информацию. Никто не должен заподозрить: именно это и погубило Таллиса.

Через несколько секунд все было готово. Он приглушил свет на мостике и набрал на пульте новый вызов:

– Лури, у меня есть для тебя сюрприз. Поднимись-ка на мостик.

Он и сам удивился тому, как дрожит его голос, так что выключил связь, не дожидаясь ответа.

В ожидании ее прихода он успокаивал дыхание, стараясь припомнить все подходящие упражнения из арсенала славившейся своим самоконтролем органистики. И наконец «щелк-щелк-щелк» ее каблуков и волна головокружительных ароматов вывели его из малоприятных раздумий.

Лури остановилась за спинкой его кресла; мощные груди её касались его затылка, обжигая исходящим от них чувственным жаром. Андерик чуть не задохнулся от возбуждения, когда ее прохладные пальцы прошлись по его вискам, а потом начали разминать плечи.