* * *
- Что-то, мать, у нас русским духом пахнет. Не иначе, опять кого-то спасла. - Ты сам, отец, хорош. Чуть, какая замерзшая скотина - так сразу в горницу, ладно еще, в сарай. Вон, давеча, прихожу, а по коврам целый лось свежеразмороженный бегает,- услышал Василий сквозь сон. - Мне, положено так, а иначе я не могу, - отозвалась Женщина под едва различимый перестук. - И мне Родом написано - беречь! ...Ну, старая, показывай, где этот герой? - в который раз пробасил Голос. Василий приоткрыл один глаз, выкарабкиваясь из царства Дремы на Божий Свет. - Это я-то старая? Да ты, муженек, на себя посмотри! Тоже, небось, не первой свежести-то будешь! - взбеленилась женщина с огненно-рыжими волосами, покручивая колесико с нитью. Свет оказался ярок, и он захлопнул око, но тут же, исхитрившись, глянул из-под ресниц на обладателя зычного баса. - Ну, дак, тебе и подарок мой тогда ни к чему. А то, гляди-ка, мать, чего я тебе притащил! Из глубины комнаты Василий увидел, что в дверях стоит высоченный широкоплечий седобородый дед в тяжелой и длинной, до самого пола, белой шубе. Хитровато улыбаясь, старик полез за пазуху и извлек оттуда золотистое крупное яблоко. Божественный аромат моментально заполонил всю горницу. Женщина, оставив работу - колесо вертелось само - кокетливо приняла подарок. Последовал затяжной страстный поцелуй, при виде которого у Василия аж мурашки пошли по коже. Дед крякнул и огладил окладистую седую бороду. Оглянувшись на парня, хозяйка живо поняла, что тот уже не спит, сколь Василий не притворялся. - С добрым утром, добрый молодец. Пора вставать. Отбросив теплую шкуру медведя, парень обнаружил, что на нем нет, не то что гимнастерки, но даже армейского нижнего белья.