– Но у пришельцы есть мотиф! Они хотеть фремя, чтобы жить карашо и у них есть технологий, чтобы фзять его. Но жуки? Зачем этим жукам фремя? - Он махнул рукой в сторону Копински. - Он каворит, эссен? Кушать? Как они едят фремя? Какой питательный ценность иметь фремя? Сколько калорий в отин час?

Копински покачал головой.

– Для них это не время, а еда.

– Они могут превращать одно в другое, - вмешалась Дина. - Это вроде того, как энергия и масса переходят друг в друга в нашей Вселенной… Пространство и время в эйнштейновских системах отсчета…

Граусс заморгал. Уэйд удивленно посмотрел на женщину. Хасли кивнул.

– Мне кажется, есть достаточно оснований, чтобы пересмотреть весь ход расследований, - произнес Лэнглон. По его тону было ясно, что он мечтает об одном - как-нибудь прекратить этот диспут. Однако никто не обратил на него внимания.

– Как эта пища и фремя, как они трансформируются? - спросил Граусс. Голос его постепенно терял уверенность.

– Не имею понятия, - ответил Копински. - Это по вашей части. Почему бы не предположить, что такое возможно, и не поработать над этой гипотезой, вместо того, чтобы все отрицать. Надо посмотреть, куда она нас приведет.

– Методом индукции, а не дедукции, - вставила Дина на тот случай, если кто-нибудь не понял.

– Как мы вообще в это вляпались? - простонал Уэйд, обводя присутствующих мученическим взглядом.

В этот момент зазвонил селектор внутренней связи. Лэнглон уставился на аппарат зачарованным взором, словно кролик на удава.

– Лучше ответить, - посоветовал ему Уэйд. Лэнглон нажал на кнопку.

– Да, Бетти?

– Извините, что опять помешала вам, мистер Лэнглон, - послышался голос секретарши, - но у меня два джентльмена, которые хотят видеть мистера Копински и мистера Уэйда. Я сказала, что у вас совещание, но они настаивают. Один из них священник, другой…

– Их-то я и жду, - обрадовался Копински. Лэнглон вопросительно посмотрел на Уэйда. Тот покорно кивнул, всем своим видом показывая, что хуже все равно не будет.