Хотя на площади перед станичным госпиталем их было более двух сотен и все они были в боекостюмах полицейского образца, способные противостоять пулям, прямо напротив них стоял сводный кавалерийский полк Всадников. От пуль их карабинов они были хорошо защищены, но в том-то всё и дело, что Всадники были готовы в любой момент пустить в ход своё самое опасное оружие, - боевые виброшашки и точно такие же сабли, ятаганы и катаны и тогда все они были бы изрублены в капусту в считанные минуты, если и вовсе не секунды, но что хуже всего, очень многие из них были бы только ранены и взяты в плен, а как раз вот этого они страшились куда больше, чем быстрой смерти. К счастью для полиции вопрос решился очень быстро. Один из репортёров предложил атаману доставить Иля в полицейский участок на большом редакционном флайере вместе с капитаном полиции и затем сопроводить его в здание полицейского участка. Никита Горепёкин согласился быстро, а вот капитану пришлось согласовывать этот вопрос с вышестоящим начальством и только после того, как полицейский вспылил и пригрозил начальству, что он сейчас вместе со всеми своими людьми покинет станицу, вопрос экстрадицией был наконец решен.

Иль вышел из станичного госпиталя одетый в какой-то нелепый, пухлый наряд держа в руках один только прозрачный пластиковый контейнер, заполненный бутылочками с минеральной водой. Он молча помахал с крыльца всем рукой, затем церемонно поклонился на все четыре стороны и не говоря никому ни слова вошел в флайер крупнейшей марсианской теле и радиовещательной компании "Марс Таймс". В нём его не ждало никакого подвоха кроме того, что репортёр сразу же спросил его:

- Всадник Иль, вы можете рассказать нам, что же здесь всё-таки случилось вчера вечером?