- Мы живем лишь в одном мире, - перебил воззена Эш. - И этот мир - маленькая веточка в пышной кроне огромного дерева.

- Чушь! - прорычал Хозяин.

Приборы проснулись. Множество световых индикаторов и ярких дисплеев были призваны производить неизгладимое впечатление на клиентов Эша, который при желании мог бы управлять приборами в полной темноте с помощью коммуникационных узлов, вшитых в разные части его тела.

Но ведь яркие огни и загадочные звуки - прекрасный антураж для такого таинственного действа!

- Никакая мы не веточка в пышной кроне! - раздраженно захлопав ступнями задних ног, воскликнул воззен. - Я историк. Меня все уважают, хотя и не все любят. Всю свою длинную жизнь я провел, собирая и изучая факты. Никто не убедит меня в том, что пышный карнавал событий истории - всего лишь мох на прогнившей веточке древа с необъятной кроной!

- Мне очень хотелось бы с вами согласиться, - задумчиво сказал Эш.

- Хотелось бы?

- Иногда я даже думаю… - Эш замолчал, словно подбирая слова. - Я считаю, что мы живем в единственном истинном мире. Вселенная именно такова, какой кажется нам, и такой ей следует быть. Я же использую только хитроумный прием для контакта с призрачными мирами, математическими формулами и бесплодными потенциалами. Иными словами, мы - ствол огромного древнего древа, а его призрачные ветви должны лишь питать наши великие души…

Шестиногое существо с уважением взглянуло на Эша. Молчание само по себе было для воззена проявлением уважения к собеседнику. Затем Хозяин протянул длинные членистые пальцы человеку, которого он, хотя бы сейчас, считал равным себе.

- Ты действительно так думаешь?

- Сейчас - да, - ответил Эш и усмехнулся - два внутренних коммуникационных центра и один дисплей сообщили ему, что у историка достаточно денег, чтобы оплатить его услуги. - И если понадобится, я буду так думать целый день.