- Гейб, ты все-таки сукин сын.

Я произнес это небрежным тоном, и он улыбнулся.

- Вот что я тебе скажу. - У него был самодовольный вид. - Я знаю правду о Талино.

- Кто, такой, черт побери, Талино?

Он вытянул губы трубочкой:

- Людик Талино.

- А, предатель.

Гейб кивнул.

- Да, - мечтательно произнес он.

- Штурман Кристофера Сима. Возможно, один из самых невезучих людей на свете.

- Бесчестных - более подходящее слово.

- Да. Спустя два столетия он все еще возбуждает страсти. - Теперь Гейб быстро ходил по комнате, настоящий фонтан энергии.

- А ведь он всегда утверждала что невиновен.

Я пожал плечами.

- Все давно быльем поросло, Гейб. Мне понятен твой интерес, но меня удивляет такая секретность в связи с Талино. Будь добр, объясни суть дела!

- Мне не хотелось бы продолжать этот разговор, Алекс. Ты не представляешь, что поставлено на карту. Выезжай как можно скорее.

- Хорошо, будь по-твоему.

В действительности мне было глубоко наплевать на коллекцию глиняных горшков или на то, что Гейб нашел в этот раз. В каком-то смысле сейчас были последние минуты, которые мы проводили вместе, и я мог думать только об этом.

- Я сообщу адвокатам о своем приезде. Правда, нужно уладить здесь кое-какие дела. Не знаю, хватит ли мне тридцати дней. Но если это ждало два века, думаю, несколько месяцев затяжки не повлияют на результаты поездки.

- Нет! - Гейб наклонился ко мне и в его глазах появился слабый намек на насмешку. - Вероятно, не повлияет, хотя тебе придется спросить "Бримбери и Конн". Я предоставил им некоторую свободу действий. Полагаю, все будет зависеть от того, сочтут ли они тебя надежным человеком. - Гейб подмигнул. - Когда ты ознакомишься с файлом, то можешь решить, что я действовал неправильно. У меня нет надежного способа предугадать твою реакцию, признаюсь, что и сам не пришел к окончательным выводам относительно собственного поведения в этой истории. Но я оставляю все на твое усмотрение, поскольку доверяю тебе. Жаль, что не могу быть с тобой до конца.