- Простите, а кто же тогда вы?

- Меня зовут Антонио Сальватор ди Ривера. Имею сомнительную честь называться ученым хранителем того ярмарочного балагана, который ты видел наверху.

Я закусил губу. Старик внимательно следил за мной, прищурив красные, слезящиеся глаза.

- Что тебя еще интересует?

- Все это, - я указал в глубину сумрачного зала, - откуда?

- Иди сюда, - сказал он вместо ответа.

Я взглянул еще раз на портрет в алькове и спустился по каменной лестнице в зал.

- Ты кто такой? - спросил он, когда я остановился возле него.

Я сказал.

Старик потер высохшей рукой желтый восковой лоб.

- Вспомнил, - пробормотал, поглядывая на меня. - Читал твои статьи об Атлантическом океане. Там все вздор. Не перебивай. Вздор. Но в одном ты прав. Молодые опускания дна... Они продолжаются. Его страна, - он кивнул на портрет, - уходит на глубину...

- Не понимаю. Кто он?

- Не торопись. Его современники обрабатывали эти камни. Видел руку девушки? Более совершенной руки не изваял ни один скульптор Земли за всю историю бесчисленных поколений. А орнаменты! Ты где-нибудь видел такие?

- Нет, - признался я.

- Еще бы... Их искусство остается непревзойденным.

- Это все вы извлекли со дна океана?

Старик презрительно усмехнулся.

- Это вернул океан. Тот, кто спустится на дно... - он умолк, не окончив фразу, и отвернулся.

- Найдет Атлантиду, - подсказал я.

- Зачем искать, - он раздраженно передернул худыми, костлявыми плечами. - Она давно найдена. Она вокруг. Мы находимся в центре юго-восточной провинции. В двадцати милях к северу расположен Великий восточный порт. Отсюда их суда плавали к берегам Африки и к Средиземному морю. На склонах этой горы, превратившейся в остров, была большая обсерватория.

Он говорил так, словно видел все это собственными глазами.