Он говорил:

- Иногда она резко ускоряла движение, какими-то импульсами, иногда зависала неподвижно. Различались массивные выступы...

- Сколько их было?

- Точно не могу сказать...

Я записал в память: "_Резко ускоряла движение. Иногда зависала неподвижно_".

- Затем она словно прилипла к одному месту. Казалось, хочет проникнуть в город...

В память нечего было записывать. В его словах не содержалось объективной информации. Ноль.

- Слышались какие-то звуки?

- Нет. Но у нас в это время работали механизмы. Сквозь их гул иногда пробивался какой-то свист...

- Он мог быть связан с неправильной работой механизмов?

- Пожалуй... Но раньше мы таких звуков не слышали ни разу. А затем тень стала удаляться и - исчезла. На второй день, условный день, как вы понимаете, она появилась снова. Я ее не видел, но мне рассказывали рабочие. Опять она передвигалась на фоне "неба". К окнам ни разу не приближалась, словно не хотела, чтобы ее увидели...

Он заглянул мне в лицо: как воспринимаю это предположение? Не смеюсь ли над ним? Я изобразил усиленное внимание, хотя в память записывать было нечего. Объективной информации - ноль.

- Когда случилась авария?

- Еще через день. Также погибли два водолаза и робот.

- Об аварии есть подробный отчет. Мы знакомили с ним Совет, - напомнил профессор. - Можете посмотреть копию.

- Спасибо. Уже познакомился.

В памяти четко всплыли цифры и строки отчета. Заметны были даже дефекты шрифта и ленты: полустертая лапка буквы "л", марашка над цифрой "6". То, что я услышал здесь, прибавляло очень мало к уже известному по отчету.

Существенным было только сообщение о способе передвижения "тени":

"_Резко ускоряла движение. Иногда зависала_".

- Большое спасибо, - сказал я профессору и его жене, сотрудникам и для убедительности приложил руку к груди: этот жест я наблюдал неоднократно и не только на киноэкране. - Вы мне очень помогли.