Между ними повисла пауза, и в напряженной этой тишине Ронин почувствовал реальную опасность. Если сейчас кто-то из них не заговорит, вполне вероятно, их давней дружбе придет конец. Странное ощущение. Ронин не знал, почему оно вдруг возникло, и это его беспокоило.

Сталиг опустил глаза.

- Я... я всегда относился к тебе как к сыну. Мне, как целителю, многие вещи в жизни просто недоступны... те вещи, которых я так сильно желал когда-то. Ты и твоя сестра - вы всегда были мне очень дороги. А потом... потом остался лишь ты один. - Он говорил очень медленно, с трудом подбирая слова. Ронин не знал, как ему помочь. Бывают в жизни такие моменты, когда человеку ничем не поможешь. - Я понимаю, ты теперь меченосец. И я знаю, что это значит. Но время от времени я вспоминаю того мальчишку...

Сталиг налил себе вина, проглотил его залпом, потом налил еще - себе и Ронину.

- Вот почему, - продолжал он как ни в чем не бывало, - если ты так настаиваешь, я расскажу тебе, что я узнал.

И целитель поведал Ронину, что в результате осмотра он убедился в том, что даггамы держат Борроса в изоляции уже давно. Явно не один цикл.

- Возможно, даже семь циклов. Трудно судить. Очень сильный наркотик.

По внешним проявлениям действия снадобья, а также по специфической реакции Борроса на голос Сталига целитель определил тип наркотика и заподозрил также, что сотрудники безопасности пытались выудить у колдуна информацию.

- У них это называется "взять интервью", - продолжал он. - Наркотик, который они ему дали, помимо всего прочего, подавляет волю. Иными словами...

- Они залезли ему в сознание.

- Попытались залезть.

- Что ты имеешь в виду?

- Ну, все эти приемы - достаточно хитрая штука... но они не всегда дают необходимые результаты.

- Но почему бы им просто не конфисковать его записи? Это было бы проще.

Целитель пожал плечами.

- А может, они не сумели их расшифровать. Откуда мы знаем? Но в одном я уверен. Почти все, что мы слышали от Фрейдала, - неправда.