Ниррен засмеялся, обнажая ровные белые зубы.

- Когда-нибудь я тебя все-таки наколю.

Ронин, улыбнувшись, вложил меч в ножны.

- Сегодня неподходящий денек для твоих этих шуточек. - Улыбка Ронина мгновенно погасла.

Чондрин, однако, пребывал в самом веселом расположении духа. Он вытаращился на Ронина, комично выпучив глаза, и этак потешно прошептал, кладя руку ему на плечо:

- А-а, тяжкие тайны, каковыми тебе невтерпеж поделиться со старым и умудренным другом. Поведай мне все, и на тебя снизойдет бесконечная благодать.

Ронин вспомнил предостережение Сталига и тут же сам на себя разозлился. Его действительно мучили кое-какие вопросы, и Ниррен, возможно, мог дать ответы на некоторые из них. Как бы там ни было, он мой друг, сказал он себе и невольно вздрогнул. Мой единственный друг.

- Ладно. - Он улыбнулся. - Пойдем ко мне.

Они вышли на лестницу, и Ниррен зажег факел.

- Опять сегодня устроил себе двойную загрузочку на тренировках?

Ронин утвердительно кивнул.

- Когда же ты наконец перестанешь валять дурака и займешься чем-нибудь более конструктивным?

- Например?

Чондрин ухмыльнулся:

- Ну... сейчас как раз появилась вакансия. Хорошая должность у Джаргисса...

- Да, я уже в курсе...

- Нет, ты подожди. Для саардина он очень даже ничего. Умный, ловкий и к тому же прекрасный стратег. Вы бы с ним поладили, я уверен. И он уделяет большое внимание защите.

Это был любимый конек Ниррена. Он мог разглагольствовать часами, разбирая стратегию гипотетических сражений, прорабатывая до мельчайших деталей тактику нападения и защиты. Он считал, что если ты сам выбираешь себе стратегию защиты, то у тебя девять шансов из десяти взять верх над противником, даже если за ним явное численное преимущество.

- Я еще не встречал саардина, который бы мне понравился, - заметил Ронин.