Г'фанд молчал, не поднимая глаз.

Ронин принялся за еду, но мысли его были далеко.

- Ладно, отныне и впредь я постараюсь тебя не подкалывать.

В этот момент появились Томанд и Бессат. Приветствовали вновь прибывших шумно и наперебой. Толстяк Томанд всегда служил благодатным объектом для дружеского подтрунивания, а тут еще надо было как-то разрядить напряжение за столом. В конце концов, Сехна есть Сехна. Время расслабиться и отдохнуть независимо от того, что творится сейчас во Фригольде.

Наконец за столом воцарилось спокойствие. Подали еду. Гул голосов нарастал, жара стала невыносимой.

- Побери меня мороз! - выругался Ниррен. - Почему здесь так жарко?

Томанд вдруг перестал жевать и, утирая пот со лба, поманил Ниррена пальцем. Тот склонился поближе.

- Только между нами, - Томанд многозначительно покосился на Ронина. У нас проблемы с вентиляцией.

Он отправил в рот очередной здоровенный кусок.

- Поэтому мы и опоздали на Сехну - пытались выяснить, в чем загвоздка.

- И безуспешно, как я понимаю, - заметил Ниррен.

Томанд скривился:

- Это выше наших возможностей. Слишком много утрачено знаний. Прожевав, он продолжил: - Мы только и можем, что все прочистить. А как мы возьмемся, скажем, за ремонт, если не знаем, как эта штука устроена. Записи Древних почти все утеряны. Остались одни машины...

- Нет, - вмешался Г'фанд, - если мы уничтожим машины, мы уничтожим себя.

Томанд умолк. Вилка с очередным куском замерла на полпути к сальному рту.

- О чем это ты?

- Я говорю, что все записи Древних были намеренно уничтожены в первые годы существования Фригольда.

Томанд отправил кусок в рот и промямлил:

- Что еще за ерунда? Кто же сознательно уничтожает знания?! Люди цивилизованные так не делают.

- Древние изобрели множество всяких вещей, - продолжал Г'фанд, тщательно подбирая слова.