- Этой битвы можно было избежать. Во всем виновата неуемная гордыня молодого Прауда; в ней нет ни правды, ни чести.

Рва с этим не согласился, мотнув тяжелой головой:

- Да, но ведь для нас это была великая и славная битва - фейны с фейнами, честь или смерть. Чистая война - без ядов, людских денег, без алчности и корысти. Другая война - грязная.

Лапа корысти лежит на ней, какие бы слова ни говорились.

- Но мы защищаем самих себя и хитин, чтобы сохранить контроль над богатством, которое необходимо нам для защиты. Пока мы действуем решительно, мы побеждаем врагов и сохраняем нашу жизнь такой, как она есть. Жизнь свободную, дикую, жизнь с гордостью и для фейнов, и для семей. Эта война необходима - если мы капитулируем перед прибрежниками, то неизбежно все погибнем.

Они спорили об этом уже не первый год, и Рва старался показать юному господину Абзена всю красоту битвы во имя чести и славы. Красоту битвы за чистую жизнь, не запятнанную корыстью или властолюбием. Дабы духи предков проводили время за чтением волос - Рва придерживался "расширенного" вероучения, утверждавшего, что со временем волосы людей тоже могут быть взяты и прочитаны в тайных чертогах, где пребывают Аризели тки Фенрилль. Пятна корысти не пройдут мимо их взора, и дух, зараженный ею, будет рассеян. В этом мире чего-то стоила лишь истинная жизнь, чистая и простая, проводимая в охоте и битвах за честь, все остальное - лишь иллюзия. Фейны сражались, чтобы сохранить чистые луга для пасущихся на них гзанов, леса - для деревьев, воздевающих громадные ветви к небу. Без истинной жизни для фейнов было бы лучше завершить долгую главу своего пребывания на Фенрилле и возвратиться ко Всему.

Теперь же Бг Рва просто вздохнул, попробовав воздух на вкус. Бесконечные философские споры у костра напоминали бессмысленную полемику о курице и яйце: что было вначале - приготовление лекарства долгой жизни из хитина или же необходимость защищать горные долины от тех, кто хотел уничтожить их ради этого самого хитина? Все было запятнано жадностью, спущенной с привязи безумной одержимостью вечной жизни, что так сжигала людей. Война с Прибрежными армиями длилась уже не одно столетие, и теперь уже ни один фейн не мог бы сказать в точности, с чего все началось.