— Мне казалось, британские джентльмены уделяют больше внимания этикету, — натянуто улыбнулся президент России. — И хочу заметить, что Россия никому не позволит говорить с собой, как с провинившимся школьником…

— Господа, господа, не ссорьтесь, — взмахнул руками итальянский премьер. — Вопрос действительно крайне непрост, и я убежден, что сейчас мы в принципе не сможем его решить. Евросоюз должен выработать консолидированную позицию с учетом мнения всех своих членов, после этого необходимо провести переговоры в рамках НАТО…

— Какое бы решение ни принял Евросоюз — мое останется неизменным, — перебил президент США. — А это значит, что общего согласия на условия марсиан в любом случае не будет. А это лишает их ультиматум смысла. Им в любом случае придется воевать с ядерной державой.

— Державами, Джордж, — с улыбкой поправил англичанин.

— Спасибо, Джеймс. А это, в свою очередь, лишает смысла и позицию коллаборационистов. И я намерен пойти и объявить этому беспозвоночному кровососу, что его ультиматум отвергнут. Разумеется, каждый из вас вправе сделать свое заявление. Но помните — чем тверже будет наша позиция, тем меньше шансов, что марсиане решатся на войну. И от того, что вы сейчас скажете, зависит, в каком свете войдут в историю и ваши страны, и вы лично.

— Если у шеловешества вообшэ ешё будэт исторья, — проворчал президент Франции.

— А вот это зависит от людей гораздо в большей степени, чем от марсиан, — ответила премьер-министр Канады.

Доктор Витторио Марчионе, член Коммунистической партии Италии, активист антиглобалистского движения, в прошлом — профессор романского университета «Ла Сапьенца», с треском изгнанный оттуда, по версии самого синьора Марчионе, за драку с полицейскими во время пацифистской демонстрации, где отважный преподаватель лично возглавлял своих студентов, а по версии людей осведомленных — за сексуальные домогательства к первокурсницам, и ныне нашедший приют и заработок вдали от родины, в гостеприимных стенах Сорбонны, чрезвычайно торопился.