Доктор спустился в гараж и быстро прошел к своему «Пежо». Совсем маленькая машинка, хотя теперь синьор Марчионе мог позволить себе целый лимузин. Но лимузин на узких парижских улочках просто не развернется, да и, главное, привлекать к себе внимание абсолютно ни к чему. Особенно теперь.

Пикнула сигнализация, узнавая хозяина. Доктор открыл дверцу, закинул сумку на заднее сиденье и вытянул за цепочку из кармана ключи, зная по опыту, что в сидячем положении сделать это сложнее.

— Далеко собрался? — осведомился вкрадчивый голос у него за спиной.

Ноги Витторио мгновенно сделались ватными, а сердце пустилось в такой галоп, какого оно не знало даже в лучшие моменты интимной жизни почтенного преподавателя. Выроненные ключи закачались на цепочке, побрякивая о штанину. Медленно, понимая, что дергаться — себе дороже, Марчионе обернулся.

За ним, словно в детской страшилке, стоял черный человек. На нем были черные начищенные ботинки, черный костюм, черные перчатки (несмотря на жару на улице — впрочем, в гараже было прохладно) и большие черные очки (и что он только умудрялся в них видеть при неярком гаражном освещении?) У него были густые жгуче-черные волосы, черные усы и черная борода — куда более коротко и аккуратно подстриженная, чем это обычно бывает у воинов Аллаха, но все равно смотревшаяся как-то не по-европейски. Лицо человека — та его часть, что выступала из-под растительности и очков — было всего лишь смуглым, но при таком освещении казалось почти черным и оно.

— Я как раз хотел вам позвонить, — выдавил из себя Витторио.

— Может быть, еще и подъехать? — недобро усмехнулся черный. — Шейх Мухаммед интересуется, где обещанный тобой результат.

— Я… я не виноват! — голос Марчионе сорвался на визг. — С моей стороны все было сделано безупречно! Вы же сами его видели! Просто они отказались! Я не знаю, почему они отказались!