И еще одному стал свидетелем Вячеслав Красев, выскользнув на Светлую Сторону. Он увидел, как основной вектор реальности, который он только что покинул — самый странный из всех близрасположенных векторов, лишенный на продолжительном участке малейших намеков на альветви и как бы даже охваченный металлическим корсетом по всей длине этого участка — начинает дрожать; по его поверхности бегут волны, ломая, перемешивая индивидуальные векторы людей, планет, галактик, а потом вдруг металлический корсет рассыпается, и вектор дает побеги альтернативных ветвей, которые быстро и беспорядочно разрастаются, сталкиваясь, трепеща, отсыхая, закручиваясь в тугие петли, давая в свою очередь новые побеги. Мгновение — и они заполняют собой всё вокруг.

«Это невероятно, — подумал Вячеслав, по-настоящему зачарованный происходящим. — Что ты можешь сказать по этому поводу, Нормаль?»

«Корпус Защиты Понедельников перестал существовать».

«Да. И мне кажется, я знаю, кто это сделал».

11 августа 1938 года (год Тигра)

КОЗАП — сектор «Коррекция»

В секторе «Коррекция», на одном из его уровней, отвечавшем за защиту тридцать восьмого года, проходила церемония присвоения лейтенантских званий вчерашним курсантам Офицерской Школы Корпуса, в просторечии именуемой Петелькой. На семь биолет новоиспеченные лейтенанты были извлечены из времени Корпуса, но так как временной поток Школы замыкался сам на себя и был направлен перпендикулярно потоку всего остального Корпуса, то по времени последнего с момента отправки последних курсантов в «петлю» прошло не более получаса — интервал, обусловленный точностью настройки соответствующего оборудования. В Корпусе до самозабвения любили подобного рода эффекты, связанные с разнонаправленностью хронопотоков, и, как следствие, широко использовали их для обновления оборудования. Или при подготовке кадров.