- Остальных мы унесли... и дети-помощники тоже... чтобы не травмировать... - Директор, отвернувшись, тихо кашлянул в кулак. - Саня, метелку-то убери. - На полу валялся забытый полынный веничек с надетым продранным носком.

Хмыкнув что-то в нос, малый лет десяти-одиннадцати кивнул, вынес веник и мигом вернулся. И встал поодаль, приоткрыв рот.

Так получилось, что Станислав Иванович оказался рядом с иностранцами, а мальчуган - за ним. То, что произошло потом, случилось, видимо, еще и из-за того, что Станислав Иванович был довольно вальяжно одет - в белый пиджак, белые брюки. Как, впрочем, и американец - тот был в белых брюках. К тому же Станислав Иванович обратился к гостю на английском:

- Вы уже знаете кого увезете?.. - он при этом, разумеется, улыбался.

- Да. Вон ту девочку. - И американец тоже сиял зубами. Его супруга длинным пальцем с синим перстнем указала на лежавшую слева малышку.

Вот тут и коснулся то ли плечом, то ли ладонью мальчик Саня локтя Станислава и Ивановича и что-то промычал. Станислав Иванович оглянулся на него - парнишка как-то странно прохрипел, и Станислав Иванович даже не услышал слов, а скорее догадался:

- Мемя воймите... (Меня возьмите.)

Директор, который в это минуту объяснял губернатору, что дети практически здоровы, в смысле - конечности целы, но вот у этой девочки - будущей американки - врожденный порок сердца, у этой - в серединке - инфицированная венболезнь, а у этой - родовая черепная травма... матери их подбросили к крыльцу детдома... Но прервавшись, он покосился на шепчущего мальчишку и вовсе не укоризненно, скорее ласково буркнул:

- Саня... потом. - И сказал Станиславу Ивановичу. - Он хороший. Но вы-то ведь наш, из нашего города.

- Конечно, - рассмеялся губернатор. - Хоть и по-английски лучше всех нас говорит. Доктор наук, Колесов. Занимается ядрами... ну, не теми, конечно, которые спортсмены толкают...