- Мы не должны искать выгоду в неправедных делах, Иносолан. Не так ли?

Иное согласно наклонила голову.

- Так что ты должна делать? Иное задумалась.

- Отыскать наибольшее Добро? Женщина удовлетворенно кивнула.

- Я уже сказала, что нам пригодилась бы новая скатерть для священного стола...

- Прекрати запугивать ребенка! - раздался вдруг громовой голос.

Перед столом для приношений стоял Бог, сияющий так ослепительно, что невозможно было смотреть, хотя свет его не освещал окружающее пространство. Одновременно ахнув, Иное и мать Юнонини упали на колени и склонили головы. Неизвестно, волшебник Сагорн или нет, подумала Иное, но что это Бог, не может быть никаких сомнений. Страх ее вернулся с удесятеренной силой. Принцесса пожалела, что не может зарыться в землю, чтобы защититься от божьего гнева.

- Юнонини! Что ты знаешь о Сагорне?

Хотя голос и оглушал, но при этом не был таким уж громким и не вызывал эха.

Мать Юнонини издала звук, похожий на кваканье, и прошептала:

- Его величество говорил, что он должен приехать. Это большой ученый... - Она умолкла.

- Продолжай!

- Это старый друг его величества. В молодости они вместе путешествовали.

Последовала напряженная тишина. Темная холодная церковь должна была, казалось бы, нагреться от божественного огня, но этого не произошло. Камни под коленями Иное по-прежнему были холодными, шероховатыми и пахли пылью.

- Так что... - начал Бог голосом, который был вряд ли слышен снаружи, но Иное показалось, что он может сровнять горы с землей.

С очевидной неохотой мать Юнонини продолжала:

- Так что я не думаю, что он волшебник, тем более злой. Я... я должна была бы объяснить ей, успокоить ее...

- Да, ты должна была!

Сначала Иное закрыла лицо руками. Теперь же она чуть-чуть развела пальцы и посмотрела. Она могла видеть ноги Бога. Они сверкали так ярко, что у девочки болели глаза, однако пол под ними был, как всегда, темный. Собравшись с духом, принцесса бросила взгляд на Божество.