- Понимаешь, Иное, очень тяжело найти подходящего, образованного жреца, который бы согласился жить в Краснегаре.

- И что плохого в Краснегаре? - возразила она. Холиндарн вздохнул.

- Я, допустим, согласен с тобой. Но многие - нет. Итак, что там насчет шелка?

Иное вскочила и принесла шелк, брошенный у зеркала. Она развернула часть отреза, накинула ткань на плечо и, не давая отцу ничего сказать, принялась поспешно объяснять, как золото подходит к ее волосам, бронза - к цвету лица, а зеленый - к цвету глаз.

- Я надеялась, что ты купишь его мне на день рождения, - добавила она с робкой надеждой.

Отец покачал головой и подал ей знак сесть.

Иное уронила шелк, чувствуя, как сердце сжимает печаль. Когда она села, отец взял с кровати маленькую шкатулку, обтянутую кожей.

- Вот что я дарю тебе на день рождения. Он открыл крышку, и Иное ахнула.

- Мамины драгоценности!

- Теперь они твои.

В шкатулке переливались рубины, изумруды, жемчуга в оправе из золота и серебра.

- Они, возможно, и не стоят целого состояния, - сказал король, - но все они ценны своей красотой. Некоторые очень старые. Это, например, принадлежало Оллиоле, жене Иниссо.

Ошеломленная, Иное слушала раскрыв рот, пока отец рассказывал ей историю некоторых драгоценностей. Потом она обняла его и уже собиралась начать примерять украшения, но король закрыл шкатулку.

- Что же касается шелка...

- Да, отец? - пролепетала Иное, предчувствуя беду.

- Где же ты нашла такой?

- У тетушки Меолорны.

- Я мог бы догадаться! - улыбнулся он. - И сколько он стоит?

- Ну, в общем-то больше, чем я хотела бы, но...

- Ты прямо как твоя мать. Так сколько?

Иное прикусила губу и прошептала ужасную правду.

- Что? - уставился на нее отец. Потом отвернулся, и она поняла, что он смеется.

- Папа!

Он посмотрел на нее и захохотал уже громко.