
- Только бы нам успеть, Шатров.
А мальчишка - ты бы взглянула! - конопатый, рыжий, под ногтями черно... Дарин гладил его по щеке умными, сильными руками. "Так-то, Яковлев, успокаивал сорванца. - Путешествовать к центру Земли непросто". Только на поверхности пригрозил:
- Сунься попробуй к земеру еще раз!..
Июнь, 1. Когда снаряды вышли под океан и последний земер вырвался из туннеля, вода ударила в дно цилиндра с такой силой, что сейсмографы Мурманска и Свердловска зарегистрировали толчок в четыре балла. Репортаж о возвращении земеров транслировался из телецентра.
Люди собирались у экранов на площадях, в общежитиях, в контрольном зале. Диктор поминутно предупреждал:
- Парад земеров! Не пропустите парад земеров!
На экранах возник морской берег.
- Внимание!
Сначала в море появилось пятнышко, оно росло, как волна, и вот до берега километров пять, а над морем - белый султан. Земеры на поверхности, фрезы убраны, снаряды идут на червячном ходу, ввинчиваясь в воду, и разбрасывают ее с такой яростью, что она взметается парусом.
Диктор зачастил цифрами о скорости приближения, о мощности земеров в лошадиных силах. Но и в толпах зрителей недостатка в комментаторах не было:
- Ну, силища!..
- На сниженных оборотах! Что они вытворяют в земле - мамочка-мама!
- Я слышал - буравят Луну.
Снаряды подошли к берегу, сбавили ход, полезли один за другим на отмель. Отшлифованные в глубинах, вымытые в море, выползали, как мастодонты, двинулись к городу.
- Разнесут... - переговаривались телезрители.
Дарин остановил их в ста метрах от ситалловой стенки. Коротко приказал:
- Стоп!
Июль, 2. Не писал целый месяц. Прости. Письма твои получаю. Не беспокойся, ничего со мной не случилось: не болел, никуда не ездил. Опять принимаю упрек, что пишу о технике. И опять о ней пишу - все тут захвачены техникой и проектом Петра Петровича. Писем не писал потому, что боялся. Все мы боялись. Словно где-то ошибка, неверный расчет - в наши-то дни!.. Жили одним желанием: воды, ожиданием, как сработает море. И вода пришла с точностью до одного часа.
